(выдержки из книги «Китайский экономический экспресс в центре Евразии: новая угроза или исторический шанс?»)

Стратегический разворот на Восток и экономическое освоение внутриконтинентальной Евразии – для Российской Федерации это не только залог долгосрочных и взаимовыгодных экономических отношений с Китайской Народной Республикой (КНР), странами Центральной Азии (ЦА) и Азиатско-тихоокеанского региона (АТР) в целом, но и важнейшее условие выживания, процветания и стабильности самой РФ…

Во-первых, для решения данной задачи необходимо объединение усилий в рамках реального стратегического союза и мощного межгосударственного экономического блока, тем более, что институциональная основа для этого уже имеется (ЕврАзЭС и ШОС). Сегодня Пекин самостоятельно осваивает внутреннюю Евразию. Тем не менее, представляется, что даже Китаю, несмотря на его экономическую мощь, в одиночку вряд ли будет под силу решение указанной задачи, а тем более – защитить свои экономические интересы.

(выдержки из книги «Китайский экономический экспресс в центре Евразии: новая угроза или исторический шанс?»)

Как представляется, дальнейшее увеличение масштабов экономического присутствия Китайской Народной Республики (КНР) в Центральной Азии (ЦА) напрямую затронет жизненно важные экономические интересы Российской Федерации. Дело в том, что за более чем 100-летний период пребывания России и Центральной Азии в рамках единых государств (Российской империи и СССР) между ними сформировалась жесткая экономическая взаимозависимость, которая за постсоветский период ослабла лишь в незначительной степени. В этой связи рекомендации по выводу экономических отношений КНР со странами ЦА на качественно более высокий уровень следует рассматривать в тесной взаимозависимости с интересами и политикой РФ.

Полный текст интервью В.Парамонова корреспонденту газеты «Свободы Слова» (Казахстан) Жулдыз Алматбаевой от 25.11.2010.

Вопрос: почему Вы сосредоточились на исследованиях, касающихся России и Китая в Центральной Азии?

Давайте тогда начну с самого главного: моя группа проводит именно аналитические исследования, то есть комплексные и междисциплинарные, максимально приближенные к жизни. А на что в первую очередь должна быть нацелена аналитика?

Во-первых, аналитика обязана фокусироваться на неких ключевых аспектах развития.

Во-вторых, аналитика призвана подготавливать почву для максимально грамотных и долгосрочных государственных решений, призванных облегчить и без того нелегкую судьбу конкретного человека, конкретного народа, конкретной страны.

И, в-третьих, уже отвечая на Ваш вопрос, с точки зрения важности для народов Центральной Азии нет значимее факторов, чем Россия и Китай. Ведь только у России, Китая и стран Центральной Азии есть долгосрочный интерес: освоение, развитие и защита огромного пространства внутренней Евразии. Нам больше никто не поможет кроме нас самих и нас никто не спасет кроме нас самих.

(выдержки из книги «Китайский экономический экспресс в Центре Евразии: новая угроза или исторический шанс?»)

В экономическом плане история Центральной Азии и других внутренних пространств Евразии, таких как российские Урал и Сибирь, китайский Синьцзян – это, с одной стороны, история успехов, когда наблюдались интеграционные процессы, а с другой – это история неудач, когда указанные регионы вместе или по отдельности входили в период длительной дезинтеграции.

Во-первых, в те исторические периоды, когда Центральная Азия была экономически интегрирована вместе с Россией или Китаем в систему региональных и межрегиональных связей, имело место интенсивное развитие региона и одновременно развитие России или Китая.

Как представляется, фундаментальные причины возникновения и обострения водно-энергетической проблемы заключаются в том, что с распадом Советского Союза исчезла налаженная схема энергетического обмена и была ликвидирована вся система организации экономической деятельности на территории бывшего СССР, а ничего принципиально нового взамен этого до сих пор создано так и не было. При этом, очевидно, что новая формула водно-энергетических отношений не будет эффективной на основе принципов извлечения максимальной коммерческой выгоды и продвижения узко-национальных интересов: подобные подходы будут вести лишь к обострению не только самой водно-энергетической проблемы, но и многих других проблем. Что же в этих условиях делать России?

Как возникла водно-энергетическая проблема?
После распада СССР и в условиях политики ельцинской России по «освобождению от груза национальных республик», отлаженная в течение нескольких десятилетий схема энергетического обмена была разрушена: Россия, Туркменистан и в какой-то степени Казахстан перестали быть ее важными составными частями. Отношения стали строиться исключительно на коммерческой основе. Главные же негативные последствия, возникшие в результате разрушения прежней схемы энергетического обмена, достались прежде всего Узбекистану, Кыргызстану и Таджикистану, что в итоге и заложило основы водно-энергетической проблемы. Кыргызстан и Таджикистан стали первыми ее жертвами, а Узбекистан начал нести основную нагрузку по поддержанию энергетической безопасности двух своих соседей.

В последние годы Россия вольно или невольно оказалась вовлечена в решение крайне сложной и болезненной для Центральной Азии водно-энергетической проблемы, в центре которой сегодня находятся вопросы строительства при российском финансовом и ином участии крупных гидроэлектростанций (ГЭС) в Кыргызстане и Таджикистане. И если ранее данная проблема носила для Москвы несколько абстрактный характер, то по мере согласования позиций и достижения договоренностей с Бишкеком и Душанбе о строительстве крупных ГЭС (в случае с Кыргызстаном – еще и о выделении беспрецедентного кредита в размере 2 млрд. долларов на реализацию проекта каскада Камбаратинских ГЭС) Россия оказалась мягко говоря глубоко увязшей в трясине региональных водно-энергетических и тесно связанных с ними иных проблем и противоречий.

На постсоветском пространстве существует значительное число различного рода аналитических структур. Их условно можно классифицировать следующим образом:

• Государственные аналитические структуры, в том числе аналитические подразделения тех или иных учреждений, министерств и ведомств. Занимаются зачастую текущими вопросами («текучкой»), нежели глубокой аналитикой. Как правило, данные структуры являются «кузницей кадров» для всех остальных видов аналитических структур, но одновременно испытывают острую нехватку профессиональных кадров особенно среднего и высшего звена (как аналитиков, так и аналитиков-управленцев). Основная причина этого – более сложное финансовое положение по сравнению с другими видами аналитических структур и, как результат, массовый отток подготовленных (набравшихся опыта) кадров.

На фоне постепенного вытеснения русского языка из более широкого обихода и достаточно устойчивой тенденции к его «забываемости» населением большинства национальных республик, сама русскоязычная аналитика в этих странах также постепенно теряет свою жизненно важную и прогрессивную роль на уровне интеллектуальных элит – роль обеспечения, поддержки и сопровождения процесса принятия стратегически-важных и долгосрочных решений. Особенно снижается качество принимаемых решений именно по ключевым вопросам развития постсоветского пространства и, прежде всего, взаимодействия друг с другом и с Россией.

Не исключено, что именно этим во многом и объясняется тот факт, почему сегодня «пробуксовывают» многие инициативы и процессы (причем казалось бы где-то неизбежные и закономерные, даже поддержанные высшим руководством постсоветских стран): интеграции в целом, активизации и повышения качества сотрудничества в конкретных сферах (экономики, безопасности, политики, культуры, науки и т.д.).

Русскоязычная аналитика в изучении отношений между Россией и другими постсоветскими странами

С первой частью проблемы неразрывно связана вторая, а именно: практическое отсутствие внимания как в России, так в большинстве других постсоветских стран к тематике изучения ключевых вопросов взаимодействий друг с другом. Основной поток «аналитической» продукции по этой теме носит преимущественно описательный – информационно-аналитический характер (причем лишь с элементами анализа, а скорее некой претензией на него), в то время как качество именно аналитическо-прогнозной составляющей оставляет желать лучшего. В итоге страдают долгосрочные интересы и политика,  двусторонние и многосторонние отношения конкретных постсоветских стран: данные интересы,  политика и сами отношения не обеспечиваются и не сопровождаются необходимым качеством анализа и прогноза, а соответственно – грамотными рекомендациями.

Выход данной статьи в свет обусловлен наличием такого сложного комплекса проблем, который можно обозначить как слабость аналитико-прогнозной работы на постсоветском пространстве. Как представляется, в рамках данного комплекса проблем условно выделяются две следующие ключевые составляющие:
- комплекс проблем русскоязычной аналитики в национальных республиках;
- комплекс проблем русскоязычной аналитики в изучении отношений между Россией и другими постсоветскими странами.

Русскоязычная аналитика в национальных республиках

Традиционно, еще с советского периода времени, информационно-аналитическая и аналитико-прогнозная работа в национальных республиках бывшего СССР велась исключительно на русском языке. И по современный день русский язык продолжает играть важную, если не сказать решающую роль в процессе информационно-аналитического и аналитико-прогнозного обеспечения процесса принятия решений высшим руководством многих из этих сегодня уже независимых государств. Однако, где-то неизбежный, а где-то искусственно форсируемый перевод данной работы на национальные языки, как представляется, чреват крайне неблагоприятными последствиями по следующим основным причинам.