ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ПОПУЛЯРНЫЕ

 
Внешняя политика Китая в Центральной Азии. Часть 1. Печать E-mail
ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ - ПОЛИТИКА
Автор: В.Парамонов, А.Строков, О.Столповский   
08.09.2010 09:00

На протяжении более 100 лет Центральная Азия (ЦА), являвшаяся составной частью сначала Российской империи, а затем Советского Союза, рассматривалась Китаем лишь в контексте общего комплекса китайско-российских и китайско-советских отношений. После распада СССР и в результате произошедших и происходящих в ЦА изменений значение региона во внешней политике Китайской Народной Республики (КНР) поступательно возрастает. Соответственно этому возрастает и внешнеполитическая активность Китая, где условно пока можно выделить три основных этапа:

- первый этап охватывает начало 90-х годов ХХ века, связан с осмыслением Китаем новых реалий в Центральной Азии и вокруг нее, установлением дипломатических отношений, формированием атмосферы доверия и договорно-правовой базы, особенно в контексте решения проблем, унаследованных от китайско-советского периода;

- второй этап пришелся в основном на середину – конец 90-х годов, захватив однако и большую часть 2001 года (до событий 11 сентября), характеризуется формированием в ЦА с участием Пекина механизмов и институтов регионального взаимодействия, а также расширением экономического присутствия Китая;

- третий этап, условно начавшийся после событий 11 сентября 2001 года, продолжается по настоящее время. Данный этап характеризуется небывалым ранее ростом активности и наступательности политики КНР практически по всем направлениям сотрудничества с целью не допустить развития ситуации в Центральной Азии в невыгодном для Пекина плане.

Первый этап (период 1992 – 1995 годов)

Внезапное появление в Центральной Азии, в непосредственной близости от Китая, новых независимых государств и последовавший вслед за этим спешный «уход» России из региона стали полной неожиданностью для Пекина. Эти события привели к образованию в ЦА геополитического вакуума и превратили регион в зону столкновения интересов внешних сил. Учитывая же начавшуюся гражданскую войну в приграничном Таджикистане и нестабильность в соседнем Афганистане, ситуация в Центральной Азии и вокруг нее рассматривалась Китаем не иначе как через призму исходящих оттуда угроз безопасности КНР.
В итоге, как в силу соображений стратегического характера (внутренних и внешних), так и неопределенности дальнейшего развития ситуации в самом регионе в начале 90-х годов Пекин не был готов к проведению какой-либо концептуально осмысленной внешнеполитической линии в ЦА. Поэтому Китай попытался максимально дистанцироваться от «внутренних проблем» региона и сосредоточиться лишь на решении первоочередных вопросов, стоящих на повестке дня китайско-центральноазиатских отношений: налаживании дипломатических контактов; урегулировании совместно с Россией комплекса проблем, унаследованных от китайско-советского периода; выработке согласованных подходов к проблеме уйгурского сепаратизма.
Кроме того, в Пекине понимали, что развитие обстановки в ЦА скорее всего будет сопровождаться болезненными и трудно предсказуемыми процессами, которые в совокупности с унаследованными проблемами советско-китайского периода могут негативным образом сказаться на стабильности Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) и КНР в целом.
Все это требовало скорейшего формирования договорно-правовой базы и атмосферы доверия между КНР и государствами ЦА. В этой связи Китай одним из первых объявил о признании стран региона и установил с ними в начале 1992 года дипломатические отношения.

Институциональное сотрудничество
В первой половине 90-х годов Китай сделал основную ставку на развитии двустороннего формата отношений со странами ЦА, что позволяло заложить основы сотрудничества, изучить особенности ситуации в каждом из государств региона и максимально быстро достичь конкретных результатов в решении фундаментальных проблем китайско-центральноазиатских отношений, лежащих в сфере безопасности.
Первым шагом в становлении институционального сотрудничества Китая со странами Центральной Азии следует считать создание в октябре 1992 года в г.Минске (Белоруссия) рабочей группы в составе объединенной делегации России, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и делегации Китая (так называемая формула «4 + 1»), которая занялась решением комплекса пограничных проблем. Работая на постоянной основе, данная группа впоследствии создала предпосылки для формирования в 1996 году межгосударственного объединения, получившего название «Шанхайской пятерки».

Безопасность и военное сотрудничество
Сразу же после установления дипломатических отношений Китай выступил за начало переговорного процесса по наиболее важным для себя проблемам: погранично-территориальным, высокому уровню военного присутствия в приграничных районах и росту проявлений уйгурского сепаратизма. Первоочередной интерес для Пекина в контексте решения указанных проблем представляли Казахстан и Кыргызстан, которые имели наиболее протяженные участки границы с Китаем и располагали значительной уйгурской диаспорой.
Уже в первой половине 1992 года Пекин инициировал двусторонние консультации с Алматой и Бишкеком по линии прохождения границы и спорным территориям. Параллельно осенью 1992 года начались переговоры и по всему комплексу пограничных вопросов между представителями Китая и объединенной делегацией России, Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана. Более того, учитывая нахождение на территории республик ЦА многочисленной уйгурской диаспоры, насчитывающей от 300 до 400 тысяч человек, Китай стремился заручиться политическими гарантиями стран региона в необходимости борьбы с уйгурским сепаратизмом, который с распадом СССР приобрел для Пекина еще более актуальный характер.

Экономика
Экономические связи Китая со странами Центральной Азии в начале 90-х годов находились в стадии зарождения и ограничивались исключительно торговлей, причем в малых масштабах, которая в основном была замкнута на приграничные Казахстан и Кыргызстан. Это представляется естественным, так как только эти две центральноазиатские страны имели с Китаем прямое транспортное сообщение. При этом параллельно с официальной торговлей получила развитие и т.н. челночная торговля, которая также замыкалась преимущественно на Казахстан и Кыргызстан, откуда затем осуществлялся реэкспорт китайской продукции в остальные государства региона.

Результаты политики Китая
Так как в начале 90-х годов внешняя политика КНР в Центральной Азии находилась в стадии зарождения, во многом, поэтому ее результаты являются достаточно противоречивыми. С одной стороны, политику Китая можно считать успешной, учитывая тот факт, что отношения с государствами региона начали строиться «с чистого листа». Именно на первом этапе был заложен фундамент для выстраивания всей архитектуры китайско-центральноазиатских отношений. С другой стороны, объективно и то, что в первой половине 90-х годов Китай был крайне осторожен и не проявлял особого интереса к развитию институционального и экономического сотрудничества с государствами ЦА. Кроме того, в условиях крайне сложной международной обстановки вокруг Китая Пекин прагматично опасался испортить отношения с Москвой, внеся тем самым ненужные искусственные трудности в набиравший обороты процесс нормализации китайско-российских связей.  В итоге, Китай в целом оставался как бы на обочине политической и экономической жизни Центральной Азии.

 

Похожие материалы:

 

Для того чтобы комментировать Вам необходимо зарегистрироваться на сайте!

ВХОД \ РЕГИСТРАЦИЯ

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ

рублей Яндекс.Деньги

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

   

 
 
   Мы в Моем Мире
     
 

Сообщество
"Центральная
Евразия"
 

ПАРТНЕРЫ

RSS ПОДПИСКА

КОММЕНТАРИИ

ОБЛАКО ТЕГОВ