ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ПОПУЛЯРНЫЕ

 
Каспийский фактор в Евразии: виртуальный экспертный форум. Часть 11. Печать E-mail
ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ - ФОРУМ
Автор: Владимир Парамонов   
28.02.2012 14:23

Завершая виртуальный экспертный форум проект «Центральная Евразия» приводит наиболее яркие высказывания экспертов, принявших участие в дискуссии. В ее центре  были вопросы геополитического и геоэкономического значения Каспия, его правового статуса, политики в регионе со стороны РФ, США, ЕС и КНР, всех стран региона, а также ситуация вокруг Ирана, в том числе в контексте новых европейских санкций в отношении Исламской республики.

Али Абасов (Азербайджан), заведующий отделом Института философии, социологии и права Национальной Академии наук: «каспийский фактор» – это в значительной степени проблема наличия в регионе «внешних сил», имеющих свои «жизненно важные» интересы. Снизить конфликтогенность данного фактора можно исключительно за счет выдавливания внешних сил и превращения Каспия во «внутреннее озеро» пяти стран, что, однако, представляется нереальным в условиях глобализации.

Артур Атанесян (Армения), доктор политических наук: те же планы США и других западных стран по реализации военной операции в Иране, безусловно, имеют целью заполучение дополнительного доступа к иранским углеводородам, в дополнение к азербайджанским нефти и газу Каспия. Это позволит странам Запада не только иметь больше нефти и газа в долгосрочной перспективе, но и усилить влияние на формирование цен на углеводороды, соответственно, уменьшив транзитные возможности России и ее возможности использовать углеводородные поставки в Европу в качестве внешнеполитического инструмента.

Сергей Горнов (Россия), заведующий отделом экономической политики Международного информационно-аналитического агентства International Press & Consulting: нефтегазовые богатства Каспия для чиновников правительства РФ окончательно ушли на третий план. Ясно, что потом будет поздно, когда Евросоюз и США построят трубопроводы в западном направлении в обход России, а страны региона окончательно переориентируются на другие вектора сотрудничества. Тем не менее, необходимо осознавать не только рост присутствия Запада, но и то, что мощный Китай также значительно усилит свои позиции в регионе.

Андрей Грозин (Россия), заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ: Каспийский регион, что с точки зрения классической геополитики, что с сегодняшних «геополитически-прикладных» точек зрения является «регионом особой значимости», территорией, в пространстве которого сплетается большое количество разнонаправленных, конфликтогенных векторов. Здесь, в отличие от Ближнего Востока, ресурсный потенциал является не самым значимым фактором конкурентной борьбы мировых центров силы. Главное тут – именно геополитическое (даже, скорее, геостратегическое) значение региона.

Мурат Джумаев (Туркменистан), независимый эксперт: в унаследованной всеми нами советской практике существует соблазн «найти крайнего», причем, неважно какого рода то или иное явление. В «каспийском вопросе» тоже «далеко не надо ходить» –  имеют место быть претензии в адрес некой заокеанской «внерегиональной силы». Видимо такой «разбор» ситуации для кого-то является выгодным. Тем не менее, будет неправильным без веских оснований обвинять тот же Белый дом в деструктивной роли на Каспии. Считаю необходимым разрешить проблему «на своей улице», в первую очередь с «соседями по улице», нежели обвинять «прохожего».

Ровшан Ибрагимов (Азербайджан), директор Центра энергетических исследований Университета Кавказ: вне всякого сомнения если произойдут изменения в Иране, то коренным образом изменится и геополитическая ситуация в регионе – транспортные проекты можно будет реализовывать через «либеральный» Иран. Однако, когда это случится, сколько времени займет, что будет потом? Никто ответов на эти вопросы не знает. А потом «цена» Ирана все же выше, чем «цена» за Каспий. Думаю, что Каспий сейчас не актуальная тема, и «отодвинута» на второй план.

Александр Князев (Россия), координатор региональных программ – старший научный сотрудник Института востоковедения РАН: в международном политическом истеблишменте и в экспертных кругах (сознательно, кем-то – инерционно) запасы каспийских углеводородов завышаются почти гипертрофировано. «Каспийский фактор» является конфликтогенным в силу его гипертрофированной политизации со стороны ряда государств. Это США и страны ЕС, причем, среди последних наиболее активны наименее экономически самостоятельные, такие как Польша, республики Прибалтики. Политические страсти европейцев можно сравнить со спокойной работой китайских компаний, без особых пиар-компаний и конфронтации с кем-либо тянущих трубы от Каспия на Восток.

Аждар Куртов (Россия), главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Российского института стратегических исследований: нефть и газ на Каспии действительно имеются, и в немалых количествах. Но вот в отношении вывода о преувеличенности каспийских ресурсов для «мировой экономики», – это чистая правда. Каспий – не Персидский залив. И в обозримом будущем, судя по оценкам доказанных и извлекаемых (именно доказанных и извлекаемых, а не прогнозных) запасов углеводородов, таковым сырьевым регионом никогда не станет.

Лифань Ли (Китай), профессор Шанхайской академии общественных наук, заместитель генерального директора Центра исследований ШОС: Китай не будет вмешиваться в дела Каспия, но готов участвовать совместно с прибрежными странами, в первую очередь с Россией, в освоении каспийских ресурсов. ООН разработала много положений, например таких как «Конвенция по морскому праву», в рамках которой рассматривается понятие «исключительная экономическая зона». Этими актами пока и следует руководствоваться.

Серикжан Мамбеталин (Казахстан), председатель партии зеленых «Руханият»: нужно, наконец, понять, что Северный Каспий – это единственное в мире заповедное, охраняемое законом место, где добывается нефть! Причем, та нефть,  которая, например, добывается «Роснефтью» и «Лукойлом» составляет всего лишь 0,5% от общего объема российской добычи и не играет существенной роли в экспортном потенциале. Надеюсь, что до наших правителей в Астане и Москве дойдет одна простая мысль: никакая нефть не стоит войны в нашем общем уникальном водоеме!

Пьер Морель (Франция), специальный представитель Европейского союза по Центральной Азии и кризису в Грузии: осознавая наличие расхождений вокруг Каспия, я, тем не менее, убежден, что полноценное развитие региона является необходимостью для его стабильности. Только открытый доступ к региону позволит наилучшим образом использовать многообещающие ресурсы.

Игорь Пиляев (Украина), доктор политических и кандидат экономических наук: Каспийское море – это своеобразная «пуповина» Евразии, к ресурсам и коммуникациям которой Запад имеет доступ только через жестко авторитарные режимы, ни один из которых не является прозападным, а в случае Ирана – радикально антизападным. Поэтому стратегической целью Запада в регионе Каспия будет «размягчение» существующих там политических режимов посредством их направленной «демократизации».

Станислав Притчин (Россия), научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии и Кавказа Института востоковедения РАН:  как мы видим и Европейский Союз, и Китай предпринимают активные шаги для того, чтобы иметь инфраструктурную связь с Каспийским регионом. Для России регион крайне важен с точки зрения безопасности своих южных рубежей, экологического аспекта и, безусловно, энергетической безопасности, так как пока еще около половины нефти и газа, добытых в регионе, поставляются по российским трубопроводам.

Олег Сидоров (Казахстан), независимый эксперт: примем во внимание президентскую гонку в США, а также регулярно собираемые странами Евросоюза разного рода саммиты, посвященные классическим вопросам глобального финансового кризиса (например, «кто виноват?» и «что делать?»), и уже становится ясно, что те же европейские санкции против Ирана бумерангом ударят по самой Европе. А если учитывать решение Тегерана о приостановке подачи еще и газа на Запад, то можно предположить уже совсем другое развитие событий, нежели поиск Брюсселем стратегического союзника в лице Тегерана.

Александр Собянин (Россия), руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества: после развала СССР общность судьбы, этно-религиозной жизни, близость ценностно-мировоззренческих установок проживающих в Каспийско-Среднеазиатском регионе народов и, не в последнюю очередь, задач экономического развития, отступила далеко назад. Сейчас намного, думаю, на порядок больше играют факторы интересов, угроз и отражения вызовов, экспансии и удержания других игроков со стороны четырех крупных стран – США, России, и, гораздо меньше, Китая и Евросоюза.

Алексей Строков (Узбекистан), независимый эксперт: значение «каспийского фактора» слишком сильно «раздували» политики и эксперты, начиная еще с 90-х годов, а сейчас этот процесс, возможно, продолжается еще по инерции. Как мне представляется, «каспийский фактор» был «раздут» из-за ожиданий гигантских запасов нефти на каспийском шельфе, якобы являющимся «вторым Персидским заливом». Однако сейчас уже очевидно, что никакой «большой нефти» (легко извлекаемой при нынешнем уровне технологического развития) там нет, а сами запасы каспийских  углеводородов не имеют сколько-нибудь важного значения для мировой энергетики.

Лидия Тимофеенко (Казахстан), старший научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований: каспийская проблематика все дальше уходит от чисто юридического вопроса определения международно-правового статуса водоема и все ближе приближается к вопросам геополитического и военно-стратегического доминирования на территории каспийского бассейна.

Геннадий Чуфрин (Россия), доктор экономических наук, член Дирекции Института мировой экономики и международных отношений РАН, член-корреспондент РАН: большинство прикаспийских стран самостоятельно решить стоящие перед ними задачи вряд ли смогут.  А это в свою очередь означает необходимость выстраивания отношений экономического (и зачастую сопутствующего ему – политического) сотрудничества с крупнейшими мировыми экономическими и политическими центрами – США, Китаем, ЕС, Японией. Со своей стороны указанные державы и объединения преследуют в ходе такого сотрудничества собственные интересы.

Игорь Шевырёв (Украина), директор Центра изучения Китая и Азиатско-Тихоокеанского региона: говоря о том, что первично – Иран или Каспий, – не стоит особо привязываться к карте.  Для США важнее контроль над ресурсами всей Большой Центральной Азии, а карту региона в Вашингтоне и так давно хотят перерисовать.  Ну, а каспийские ресурсы важны тем, чтоб пустить их по «Южному коридору» и увести из-под контроля России, Китая.

Гули Юлдашева (Узбекистан), доктор политических наук: каспийские проблемы невозможно решить без урегулирования иранской проблемы. В настоящее время ситуация в мире настолько накалилась, что США и ЕС, как мне кажется, предпримут в ближайшее время все усилия, чтобы кардинально изменить положение в свою пользу и превратить Иран в союзника Запада. Вполне возможно, что они наконец достигнут положительных результатов в переговорном процессе с Ираном. В какой-то степени это способно ограничить роль России, однако для нее появятся и новые возможности, реализация которых в конечном счете будет зависеть от эффективности ее собственных действий на международной арене и способности преодолеть антиамериканские стереотипы мышления.

Владимир Парамонов (Узбекистан), руководитель проекта «Центральная Евразия»: во-первых, большинство участников дискуссии подчеркнули высокую конфликтогенность ситуации на Каспии и вокруг него. Главная причина этого многими видится во вмешательстве в дела региона со стороны США и их союзников. Тем не менее, есть и другие точки зрения, согласно которым, не стоит преувеличивать негативное  воздействие тех же Соединенных Штатов, а стоит говорить, в том числе и о совместном поиске решений существующих проблем, обеспечении широкого международного доступа в регион.
Во-вторых, практически все участники дискуссии отметили принципиально важное значение России на Каспии, хотя целый ряд экспертов, в том числе из самой РФ, говорили и о серьезных ошибках и просчетах, допущенных в частности ельциновским руководством. При этом, согласно отдельным оценкам, современная политика России в регионе также достойна критики, в первую очередь по причинам явной второстепенности каспийской проблематики на повестке дня внешней политики РФ, а также крайне слабого использования потенциала сотрудничества и интеграции в регионе, его недостаточного экспертного и аналитического обеспечения.
В-третьих, отдельное внимание в ходе дискуссии было уделено Ирану, так как в зависимости от перспектив развития ситуации внутри и вокруг этой страны во многом и определиться судьба самого Каспия. Тем более, что как подчеркивали многие эксперты, энергетическое значение Ирана гораздо выше энергетического значения всего Каспия.
В целом, мне остается лишь поблагодарить экспертов, принявших участие в дискуссии, а также партнеров, поддержавших идею проведения виртуальных экспертных форумов, выразить твердую уверенность в том, что данное обсуждение было очень полезным и востребованным как с точки зрения анализа современных реалий в Каспийском регионе и вокруг него, так и с точки зрения выработки будущих механизмов и рекомендаций по сотрудничеству и взаимодействию.

Примечание: материал подготовлен в рамках совместного проекта с интернет-изданием «Новое Восточное Обозрение» (Россия), при информационной поддержке ИА «Регнум» (Россия), Информационно-аналитического центра МГУ (Россия), аналитического сайта «Region.kg» (Кыргызстан), информационно-аналитического портала APRA (Кыргызстан).

Источник: Новое восточное обозрение, http://journal-neo.com/ru

Похожие материалы:

 

Для того чтобы комментировать Вам необходимо зарегистрироваться на сайте!

ВХОД \ РЕГИСТРАЦИЯ

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ

рублей Яндекс.Деньги

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

   

 
 
   Мы в Моем Мире
     
 

Сообщество
"Центральная
Евразия"
 

ПАРТНЕРЫ

RSS ПОДПИСКА

КОММЕНТАРИИ

ОБЛАКО ТЕГОВ