ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ПОПУЛЯРНЫЕ

 
Евразийская интеграция и Россия. Часть 1. Печать E-mail
ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ - ФОРУМ
Автор: В.Парамонов   
27.10.2011 23:42

Политика России по развитию интеграции на постсоветском пространстве  – это, пожалуй, одна из центральных тем и сегодняшнего, и завтрашнего дня, особенно с учетом ожидаемого президентства Владимира Владимировича Путина. Но сумела и смогла ли Россия внятно объяснить всем остальным своим союзникам, друзьям и партнерам по СНГ почему же так жизненно важна интеграция и что она может дать ее участникам? Да и должна ли вообще РФ что-то объяснять и разъяснять? Какое место в целом интеграционная тематика (а вовсе не риторика) занимает в самой России, которая в силу геополитического и геоэкономического потенциала по идее должна выступать главным локомотивом процесса сближения постсоветских стран? Как представляется, все эти вопросы остаются без внятных ответов как в самой России, так и тем более в других постсоветских странах, где к тому же еще существует и недопонимание того, а что же в реальности хочет от них Москва в плане интеграции. Чтобы хоть в какой-то степени уменьшить степень недопонимания, в том числе взаимного, внести посильный вклад в развитие реального интеграционного взаимодействия на постсоветском пространстве  проектом «Центральная Евразия» организован виртуальный экспертный форум с участием известных и авторитетных экспертов/аналитиков из постсоветских стран. В первой части форума приняли  участие Мурат Суюнбаев (Кыргызстан), Игорь Пиляев (Украина), Юлий Юсупов (Узбекистан) и Артур Атанесян (Армения).

Владимир Парамонов (Узбекистан), руководитель проекта «Центральная Евразия»: на мой взгляд, в настоящее время складывается достаточно парадоксальная ситуация вокруг роли и места России в процессах интеграции на постсоветском пространстве.  С одной стороны, не может не радовать, что хоть и не просто, но все же развивается взаимодействие в рамках Таможенного союза, а российское руководство все чаще, и надо сказать громче, четче и внятнее говорит о важности интеграции, о чем свидетельствует хотя бы недавнее программное заявление по тематике Евразийского союза такого авторитетного государственного деятеля как В.В.Путин.  Однако, с другой стороны, этот и предыдущие годы характеризовались достаточно резкими «движениями», если не сказать выпадами команды нынешнего президента РФ Д.А.Медведева в отношении целого ряда постсоветских стран. Да и в целом, на мой взгляд, период президентства Д.А.Медведева можно охарактеризовать как некий период относительного ослабления позиций России на постсоветском пространстве и снижения интеграционного взаимодействия в СНГ. И смысл здесь конечно не только и не столько в имевшем место охлаждении двусторонних отношений с целым рядом постсоветских стран, но и по большому счету в каких-то крайне неуверенных и непродуманных действиях самой России, свидетельствующих об отсутствии у Кремля некой цельной стратегии на постсоветском пространстве, где центральным (!) элементом были бы именно вопросы интеграции.

Возможно, что это лишь всего лишь мой личный взгляд, пусть и основанный на серии книг, десятков докладов и сотен статей команды моего проекта «Центральная Евразия» по тематике политики России? И возможно, что проще по привычке критиковать Россию, нежели увидеть очевидный рост долгосрочности и прагматизма, в целом искреннего стремления к интеграции? Так в чем по-Вашему я неправильно расставил акценты? И как бы Вы ответили на следующие важные вопросы:  а нужна ли вообще современной России интеграция на постсоветском пространстве? Есть ли понимание ее значения? И если нужна, то только ли чтобы продемонстрировать тому же Западу свою роль как региональной державы и тем самым укрепить с ним диалог? Или интеграция для РФ – это что-то типа бизнес-поглощения? Мое мнение уже отражает  характер самих вопросов, а вот какое мнение выскажут ведущие эксперты из других постсоветских стран? Я приглашаю их к дискуссии.

Мурат Суюнбаев (Кыргызстан), независимый эксперт: интеграция на евразийском пространстве нужна не только современной России. Распад СССР наглядно продемонстрировал скудоумие «пророков» типа Солженицына и их последователей. «Экономия» на мягком подбрюшье обернулась  обвалом геополитического статуса России и колоссальными прямыми и косвенными потерями. При этом Солженицын в России фактически официально «канонизирован», а следовательно, и его идеи официально никто не отменял как «сакральные». Но вот нужна ли эта интеграция большей части политической элиты России? Коррумпированный и проворовавшийся ее сегмент прячет деньги на Западе, от него зависит и стремится туда, а не в евразийские просторы. Здесь имеется явный конфликт интересов. В этом смысле понимания значения интеграции в России пока нет.  Похоже на то, что евразийская интеграция действительно может быть использована для того, чтобы «подороже продать» себя как партнера на Западе.

Однако, не думаю, что интеграция для РФ – это что-то типа бизнес-поглощения. Издержки на евразийскую интеграцию (а они должны быть) – не оправданы для бизнес-проекта. А вот для геополитического проекта вполне приемлемы.  Европейский Союз  может не выдержать кризиса и ослабнуть, даже распасться. Россия останется перед лицом слабеющей, но еще сильной Америки, а также стремительно набирающего силу Китая. Россия даже по людским ресурсам уступает США в 2 раза, а Китаю – в 10 раз … И ресурсы эти стремительно сокращаются. События в Южной Осетии показали меру ненависти, до поры до времени скрываемой Западом, и тщетность 20-летних попыток России подружиться с ним. А в искренность российско-китайской дружбы обе стороны, похоже, никогда и не верили. Вот, скорее всего, именно в силу геополитических обстоятельств России и нужна интеграция.

Игорь Пиляев (Украина), доктор политических наук: прежде чем задавать вопрос нужна ли интеграция на постсоветском пространстве современной России, нужно понять характер той социально-политической трансформации, которая произошла в России за последнее двадцатилетие. Постперестроечная Россия превратилась в своеобразное государство-корпорацию, сжавшееся до геополитического «острова» (по В.Цимбурскому), не играющего определяющей роли в ключевых межцивилизационных процессах начала ХХІ века. В нынешней России грань между имперским универсализмом, как ощущением ответственной миссии перед Миром и Вечностью, и безбожным шовинизмом, либо нефтегазовым этно-национализмом нередко стирается.

Более того, постсоветская Россия стремительно утрачивает собственно русскую идентичность (и в идеологическом, и в демографическом смысле). Например, в Москве, по оценкам Института этнологии и антропологии РАН, русских остается менее трети (что значительно меньше числа мусульман). А назначенный президентом России руководитель Фонда «Русский мир» Вячеслав Никонов даже утверждает, что «слово «русский» вне России работает гораздо лучше, чем внутри страны». За вопросы СНГ и российских соотечественников за рубежом указом президента России с октября 2008 года бессменно отвечает представитель властной элиты Татарстана Фарит Мухаметшин, что, без сомнения, призвано показать всему миру евразийскую природу российского государства и усиливающееся влияние в нем исламского фактора.

В то же время изменения, внесенные 9 июля 2010 года в Федеральный закон РФ «О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом», исключают возможность автоматического причисления к соотечественникам русских, проживающих в бывших союзных республиках СССР. Соотечественниками РФ, проживающими за рубежом, отныне, кроме граждан России, признаются лишь те, кто зарегистрирован членами «общественных объединений соотечественников», которые, в свою очередь, входят в «координационные советы российских соотечественников» и внесены в реестр МИД РФ, то есть  идеологически признаны официальной Россией. Как показывает более чем годичная  практика применения указанного закона, весьма значительному числу русских организаций Украины диппредставительство России отказало в признании за их нелояльность политике российских властей.

Из вышесказанного определенно вытекает, на мой взгляд, следующее:  интеграция на постсоветском пространстве интересует официальную Россию как бизнес-проект на уровне взаимодействия политических и бизнес-элит с прицелом на укрупнение и поглощение. При этом гуманитарный фактор в такой интеграции выступает исключительно как подчиненный и рассматривается не в плане восстановления целостности постсоветского социокультурного пространства и уж тем более не этнокультурной целостности разорванного пространства Русского мира, а лишь как «смазка» для маховика многомиллиардных энергетических, инфраструктурных и иных проектов с участием российских олигархов. Постсоветские государства, взявшие курс на европейскую интеграцию, в такой интеграции не могут участвовать по определению, а интерес к ней некоторых центральноазиатских государств определяется долей местных элит в реальных доходах от указанных проектов.

Юлий Юсупов (Узбекистан), независимый эксперт: как экономист хочу высказаться преимущественно по экономическим аспектам рассматриваемых вопросов. Во-первых, я бы разграничил выгоды от интеграции для России и для других потенциальных участников регионального объединения. Во-вторых, я бы уточнил цели интеграции.  Цели могут быть условно разделены на две категории: объединяемся, что бы совместно решать какие-либо вопросы, либо объединяемся, чтобы «дружить против кого-то».

Относительно интеграции для совместного решения вопросов.  Любая экономическая интеграция, на мой взгляд, лучше, чем отсутствие таковой. Экономическая интеграция (устранение или сокращение барьеров на пути движения товаров, капиталов и людей) даст возможность всем участникам процесса получить дополнительные выгоды в виде: усиления конкуренции внутри национальных экономик (а конкуренция – это главный источник экономического развития); нахождения своих «ниш» в международном разделении труда (на основе сравнительных преимуществ); расширения рынков сбыта для национальных производителей, выпускающих конкурентоспособную продукцию (что еще больше должно повысить ее конкурентоспособность за счет экономии на масштабах и углубления разделения труда, возникающих благодаря увеличению масштабов производства).

Россия от такой прагматичной интеграции со своими соседями только выиграет. Другой вопрос всем ли соседям нужна интеграция именно с РФ, а тем более, если предполагается, что она будет только с Россией (например, вхождение в союз с Россией будет обусловлен запретом на вхождение в аналогичные объединения). И дело даже не в том, готовы ли к такому объединению нынешние руководители бывших советских республик. Дело в объективных интересах этих стран. И если, например, нынешний президент Украины «подпишется» под вхождение его страны в такого рода союз, то это совершенно не означает, что следующий президент из этого союза не выйдет. Иными словами, если нет долгосрочного интереса, то такое объединение, осуществленное в добровольной форме, будет неустойчивым.

Есть ли объективный долгосрочный интерес, к примеру, у Украины, Белоруссии, Молдовы, вступать в устойчивый интеграционный союз с Россией в качестве альтернативы вступления в Европейский Союз? Наверное, нет. Интеграция с ЕС, скорее всего, может дать больше (в виде притока капитала и технологий, импорта проверенных общественных институтов). К тому же вопрос может стоять не только так: интегрироваться или с Россией или с Евросоюзом или, например, с Китаем. Возможно, что выгоднее интегрироваться (разрушать барьеры на пути движения товаров, капитала и людей) со всеми странами сразу, не входя в какие-то конкретные региональные объединения. Для такой интеграции в единое мировое пространство существует ВТО.

Далее о второй возможной цели. Дружить против кого-то, это значит, скорее всего, дружить либо против ЕС (в частности против расширения этого объединения за счет Украины, Белоруссии, Молдовы и стран Закавказья), против США (их экономического проникновения в Закавказье и Центральную Азию), против Китая (Центральная Азия). Готовы ли дружить бывшие страны СССР вместе с Россией против данных центров политической и экономической силы? Думаю, что нет. Зачем им это нужно? Им выгоднее извлекать дивиденды от сотрудничества со всеми «игроками», а не жестко привязывать свои интересы к интересам одного из них.

Нужно ли это самой России? Только в том случае, если она собирается восстанавливать «империю». Я бы не советовал этого делать. Во-первых, накладно: строительство империй дорогое удовольствие. Во-вторых, политически опасно: на волне «империастроительства» к власти могут прийти оголтелые националисты и реваншисты и Россия повторит историю Германии 1920-30-х гг. И тенденции, которые могут к этому привести, уже просматриваются. Имперские замашки проявляются как на уровне российской власти – достаточно вспомнить российско-грузинский конфликт, так и на уровне массового сознания. Видимо повзрослело поколение, не знавшее коммунизма (один умный человек, не помню кто, достаточно точно предсказал год, когда начнется Вторая мировая война, основа предсказания – вырастет поколение, не знавшее Первой мировой войны). Печатается куча книжек с ностальгией по «Великой империи», о том, какие мы были крутые и сильные, о том, каким эффективным менеджером был Иосиф Виссарионович (без него бы пропали, а расстреливал он либо дураков, либо действительных врагов, мешающих батюшке империю укреплять и расширять). Появилось куча исторических передач, в которых (если есть голосование зрителей) неизменно побеждает господин Кургинян, до потери сознания обожающий Ивана Грозного, Петра первого, СССР и люто ненавидящий Ельцина с Гайдаром. Любопытно смотреть, как жители новгородской области голосуют за то, что Иосиф Грозный проводил правильную политику в отношении всяких там новгородских вольностей и правильно топил мирных жителей города в Волхове (не нужны нам крамольные вольности, а нужна нам крепкая империя с включенными Казанским и Астраханским ханствами).

Исходя из вышесказанного, мне представляется, что в настоящее время на постсоветском пространстве не существует объективных предпосылок для создания устойчивого экономического образования типа ЕС.  Главный же политический фактор, мешающий формированию такого образования, – полное экономическое и политическое доминирование России. И это главное отличие планируемого Евразийского союза от Европейского союза. В Европе несколько мощных лидеров и много мелких участников. Все они очень хорошо уравновешивают друг друга. В Евразийском союзе, если он возникнет, слову России некому и нечего будет противопоставить. А большинство потенциальных участников этого объединения такое положение дел вряд ли устроит. К тому же у всех бывших социалистических стран имеются устойчивые опасения относительно имперских замашек России. И опасения эти, к сожалению, как я уже говорил выше, небезосновательны.

Артур Атанесян (Армения), доктор политических наук: нельзя не согласиться с тем, что российская внешняя политика всегда несла в себе некую парадоксальность, причем, не только для «внешнего наблюдателя», но и для общества и экспертов самой России. «Умом Россию не понять…», - пишет Некрасов. Вероятно, речь идет о необходимом сочетании умственных и эмоциональных способностей ... И только такое сочетание может позволить понять то, что не всегда является сугубо рациональным и это, вероятно, – суть парадоксальности политики России, в том числе внешней. Все это важно для осмысления проводимого РФ курса на интеграцию.

Безусловно, российская политика по вопросам интеграции  включает все перечисленные нашим модератором – Владимиром Парамоновым модели: экономическую экспансию (именно так видится многим рядовым гражданам Казахстана и Белоруссии модель Таможенного союза), восстановление отдельных качеств Советского Союза с центром в РФ, соответственно, усиление роли России на евразийском пространстве, укрепление военно-политической безопасности РФ с помощью военных баз в ряде стран СНГ. Последней цели способствует также модель ОДКБ, которая на сегодняшний момент является очень эффективной.

Тем не менее, в плане анализа характера интеграционных процессов под эгидой России я бы все же сделал акцент и на ряде других моментов, связанных со снижением внутренней безопасности самой РФ: стабильно падает уровень доверия демократии и демократическим реформам, коррупция продолжает институционализироваться. Несмотря на социальные программы, стремительно убывает население страны, демографическая ситуация прямо противоположна внешнеполитическим приоритетам: сами граждане (в лице среднего класса, просвещенной молодежи, интеллигенции), мигрируя из страны, тем самым выказывают молчаливое несогласие с тем, что происходит в российском государстве и обществе. Морально-нравственная ситуация в российском обществе все больше приближается к негативным стереотипам, подпитываемым новыми массовыми проявлениями неонацизма, пофигизма, хамства и аморальности. Культурно-просветительская политика и воспитание российской молодежи в морально-патриотическом ключе носит очаговые формы и часто принимает формы перегибов в сторону национализма. В итоге, все это не способствует привлекательности России в качестве партнера для окружающих стран и, следовательно, сдерживает интеграционные процессы. Внешнеполитическому имиджу РФ в Западном мире по-прежнему сопутствуют страх, неприязнь, непонимание и издевки, а ориентация стран постсоветского пространства в сторону Запада (ЕС и США) непосредственно связана с перениманием этими странами исторически сложившихся западных моделей и стереотипов негативного отношения к России как иррациональной силе, что, в свою очередь, тоже не способствует наращиванию интеграционного взаимодействия с РФ. В результате партнерство стран СНГ с РФ и сама интеграция на постсоветском пространстве по большому счету носит добровольно-принудительный характер.

Выводы

Владимир Парамонов: подводя некие первичные итоги мне остается только поблагодарить участников форума, а также отметить, на мой взгляд, наиболее важные моменты.

Во-первых, в России должны больше прислушиваться к мнению экспертного сообщества тех стран, с которыми Москва «предполагает» осуществлять интеграцию, четко понимая, что временами достаточно критическая оценка действий и политики РФ – это вовсе не показатель «неготовности к интеграции» и «нежелания сотрудничать», или в целом некий «недружественный жест», а,  скорее всего, наоборот – важный индикатор готовности / желания обсуждать и решать множащиеся с каждым годом проблемы в двусторонних и многосторонних отношениях, вызванные в том числе и внутренней политикой РФ. Но в том то и проблема, что этого обсуждения как такового не ведется! Эпизодичные и узко-форматные экспертные мероприятия не меняют сути происходящего: все большего роста взаимонепонимания, что, кстати, также свидетельствует о нарастании дезинтеграционных тенденций.

Во-вторых,  большинство экспертов однозначно указывают на концептуально-идеологическую и иную неготовность самой России к интеграции как экономическому и социально-политическому проекту. Возникает закономерный вопрос: как может осуществляться интеграционное взаимодействие в условиях отсутствия интереса к нему со стороны значительной части чиновников и огромной прослойки элиты, а также в целом практически полной неготовности к данному процессу самого российского общества? По мнению экспертов, то к чему готова Россия – это вовсе не экономическая интеграция, а некий олигархический или даже геополитический проекты. Однако не слишком ли дорого такого рода проекты обойдутся РФ и какие негативные последствия их реализация будет иметь? Именно на эти вопросы, представляется, следует обращать наибольшее внимание в России, если она действительно заинтересована в формировании, прежде всего, устойчивого экономического фундамента для интенсификации разнопланового взаимодействия с постсоветскими странами, в том числе в сферах политики и безопасности. Иначе, российские инициативы по интеграции будут продолжать сталкиваться со все большим противодействием на всем пространстве бывшего СССР.

В-третьих,  ключевая задача, с решения которой, как представляется, следует начинать новое – более стратегически осмысленное движение по пути интеграции заключается в создании постоянно действующих площадок и механизмов экспертного/аналитического обсуждения и мониторинга процесса интеграции, новых инициатив и усилий в этом направлении. Более того, следует вырабатывать свои собственные концепты и схемы интеграции, а не пытаться их копировать в том же Европейском Союзе, к тому же находящемся в глубоком кризисе (не только экономическом, но и концептуально-идеологическом). В этой связи в целях развития интеграции России важно максимально эффективнее использовать потенциал как своих экспертов, так и экспертов из других постсоветских стран в плане организации совместных аналитических проектов, рекомендации которых могут существенно облегчить решение множащихся с каждым днем проблем на пути интеграции. Да и сам процесс региональной экономической интеграции в этих условиях может развиваться более эффективно и более гибко встраиваться в уже сформированные за годы независимости схемы международных экономических связей.

Примечание:   материал подготовлен в рамках совместного проекта с интернет-изданием «Время Востока» (Кыргызстан), при информационной поддержке ИА «Регнум» (Россия),  Ассоциации приграничного сотрудничества (Россия), информационно-аналитического портала APRA (Кыргызстан), аналитического сайта «Region.kg» (Кыргызстан), Информационно-аналитического центра МГУ (Россия).

Источник: Время Востока, http://www.easttime.ru/

Похожие материалы:

 

Для того чтобы комментировать Вам необходимо зарегистрироваться на сайте!

ВХОД \ РЕГИСТРАЦИЯ

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ

рублей Яндекс.Деньги

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

   

 
 
   Мы в Моем Мире
     
 

Сообщество
"Центральная
Евразия"
 

ПАРТНЕРЫ

RSS ПОДПИСКА

КОММЕНТАРИИ

ОБЛАКО ТЕГОВ