ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ПОПУЛЯРНЫЕ

 
Энергетическое взаимодействие России со странами Центральной Азии: современное состояние и «перспективы» развития Печать E-mail
ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ - ЭНЕРГЕТИКА
Автор: В.Парамонов, А.Строков   
11.08.2010 09:00

В 1990-х годах российско-центральноазиатское энергетическое взаимодействие имело место в основном между Россией и Казахстаном, что обуславливалось крайне тесной структурно-технологической взаимозависимостью их экономик, в первую очередь приграничных областей. Взаимодействие же Российской Федерации (РФ) с другими странами региона – Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном и Узбекистаном – практически не наблюдалось, если не считать в целом незначительных и нерегулярных поставок газа из Туркменистана и Узбекистана, а также коммерческих и гуманитарных поставок нефти и нефтепродуктов в Кыргызстан и Таджикистан.

С приходом к власти в Кремле В.Путина и его команды значение Центральной Азии  (ЦА) в российской внешней стратегии стало поступательно возрастать. Следствием этого стала кардинальная интенсификация энергетического взаимодействия России не только с Казахстаном, но и с другими государствами региона. И хотя по истечению первого десятилетия XXI века данное взаимодействие по-прежнему касается преимущественно нефтегазовой отрасли, но, тем не менее, наблюдаются признаки диверсификации российско-центральноазиатского сотрудничества и по другим отраслям ТЭК.

На сегодняшний момент, общее состояние дел в сфере энергетического взаимодействия РФ со странами ЦА можно вкратце охарактеризовать следующим образом.

 

Казахстан. Масштабы взаимодействия в нефтегазовой отрасли кардинально интенсифицировались по сравнению с 1990-ми годами и приближаются к масштабам советского времени. Однако, российские нефтегазовые компании сталкиваются с жесткой конкуренцией, и их позиции в данной отрасли казахстанской энергетики выглядят заметно слабее конкурентов. Взаимодействие же в угольной и электроэнергетической отраслях в целом постепенно налаживается, но оно еще далеко от уровня и масштабов советского времени. В свою очередь, взаимодействие в атомной отрасли только во второй половине нынешнего десятилетия начало возрождаться, а перспективы его развития в условиях мирового кризиса выглядят не такими уж безоблачными, тем более, учитывая назревающую конкуренцию со стороны Китая. Перспективы энергетического взаимодействия представляются достаточно многообещающими, но, тем не менее, остаются крайне подверженными значительным факторам риска, преодоление которых к тому же не входит в число приоритетов России и Казахстана.

 

Кыргызстан. Взаимодействие имеет место фактически пока только в нефтегазовой отрасли: по вопросам приобретения «Газпромом» объектов данной отрасли и контроля над кыргызским рынком нефтепродуктов. Взаимодействие же в других отраслях ТЭК, прежде всего, гидроэнергетической – ключевой отрасли энергетики и экономики Кыргызстана пока по ряду причин практически не развивается. Перспективы развития энергетического взаимодействия в целом крайне туманны, особенно учитывая нестабильность ситуации в самом Кыргызстане, и отсутствие должного внимания со стороны России к задаче установления полного контроля над этой республикой для ее стабилизации.

 

Таджикистан. Масштабы энергетического взаимодействия представляются значительными в нефтегазовой отрасли (геологоразведка углеводородных месторождений) и в гидроэнергетической (завершение строительства Сангтудинской ГЭС – крупного долгостроя советского времени). В то же время, перспективы дальнейшего развития энергетического взаимодействия по ряду причин объективного и субъективного характера остаются под вопросом. Это связано как с недальновидной политикой самого Таджикистана, так и отсутствием у России комплексного подхода к решению ряда проблем регионального характера (например, водно-энергетической проблемы Центральной Азии).

 

Туркменистан. Взаимодействие практически не претерпело качественных изменений по сравнению с 1990-ми годами, ограничивается газовой торговлей. Хотя в период 2001-2008 годов, ее объемы увеличились на порядок по сравнению с 1990-ми годами, однако в 2009 году в результате последствий мирового кризиса сократились в несколько раз. Поэтому и перспективы энергетического взаимодействия остаются неопределенными, тем более учитывая растущую внешнюю конкуренцию за газовые ресурсы и маршруты их транспортировки, разрушение российской монополии на экспорт/транзит туркменского газа.

 

Узбекистан. Взаимодействие в нефтегазовой отрасли кардинально интенсифицировалось по сравнению с 1990-ми годами, представлено масштабными геологоразведочными работами, добычными проектами и, разумеется, торговлей газом. Взаимодействие же в других отраслях ТЭК пока не наблюдается. Перспективы во многом определятся сложной комбинацией политических и экономических факторов, связанных с политикой России как в отношении самого Узбекистана, так и всей Центральной Азии и смежных пространств, в первую очередь соседнего Афганистана.

 

* * *
По состоянию на начало 2010 года, общий объем российских финансовых ресурсов, вложенных в энергетику центральноазиатских стран предположительно составил около 11 млрд. долларов. Подавляющая часть данных ресурсов (порядка 80%) сосредоточена в Казахстане (примерно от 8,3 до 8,5 млрд. долларов), в меньшей степени – в Узбекистане (около 1,3 млрд. долларов) и Таджикистане (от 815 до 835 млн. долларов), в незначительной степени – в Туркменистане (порядка 110 млн. долларов) и Кыргызстане (от 560 до 590 млн. долларов).

Однако, несмотря на казалось бы внушительные финансовые ресурсы, значительные политические усилия и достигнутые очевидные успехи, российско-центральноазиатское взаимодействие в ТЭК осложняется комплексом проблем и является на порядок менее эффективным, чем могло бы быть. Главное, как представляется, заключается в том, что в отношениях между Россией и странами Центральной Азии сохраняется ярко выраженная тенденция дальнейшей экономической дезинтеграции. Именно это во многом и определяет весь комплекс проблем энергетического взаимодействия РФ и ЦА.

Очевидно, что перелом в данном взаимодействии может наступить только лишь при кардинальной смене Россией и ряда стран Центральной Азии стратегий своего развития, их подчинения долгосрочным и общим целям стабилизации разбалансированного в результате распада СССР постсоветского пространства. Однако, насколько это реально?

 

Похожие материалы:

 

Для того чтобы комментировать Вам необходимо зарегистрироваться на сайте!

ВХОД \ РЕГИСТРАЦИЯ

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ

рублей Яндекс.Деньги

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

   

 
 
   Мы в Моем Мире
     
 

Сообщество
"Центральная
Евразия"
 

ПАРТНЕРЫ

RSS ПОДПИСКА

КОММЕНТАРИИ

ОБЛАКО ТЕГОВ