ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ПОПУЛЯРНЫЕ

 
Невыученные уроки советского присутствия в Афганистане Печать E-mail
ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ - БЕЗОПАСНОСТЬ
Автор: О.Столповский, В.Парамонов   
07.07.2010 10:00

 

Уже около 30 лет нестабильность в Афганистане оказывает влияние не только на граничащие с ним государства, но и на международную обстановку в целом. Внутриафганский конфликт еще далеко не завершен и никем пока еще не предложен более-менее ясный и четкий сценарий, который позволил бы этой стране выйти из затяжного кризиса и вступить на путь созидательного развития. Наоборот, основные тенденции развития Афганистана на сегодняшний день дают повод для крайне пессимистичных оценок на будущее.

 

Нынешнее положение дел в Афганистане во многом определяется активным иностранным вмешательством, в первую очередь военным. В этих условиях просматривается определенная схожесть ситуации в этой стране на современном этапе с обстановкой в период 1978-1989 годов, когда во внутриафганские процессы был непосредственно вовлечен Советский Союз. Поэтому сейчас, по прошествии более 20 лет, было бы крайне недальновидным игнорировать уроки советского присутствия в Афганистане, поскольку их анализ и осмысление сегодня как никогда важны и актуальны.

Политика СССР в отношении Афганистана вплоть до конца 70-х годов ХХ века была в целом достаточно сбалансированной и базировалась на принципах добрососедства и невмешательства. Руководство Советского Союза вполне устраивал статус Афганистана как нейтрального и неприсоединившегося государства, которое выполняло роль своеобразного буфера безопасности к югу от границ СССР в Средней Азии. Пока никто напрямую не вмешивался во внутриафганские процессы и не пытался втянуть эту азиатскую страну в сферу своего геополитического влияния и идеологической опеки, Афганистан сохранял свою внутреннюю самобытность и равноудаленность от главных полюсов сил того времени – СССР и США.

Однако, в результате кардинального изменения ситуации в Афганистане в 1978 году, Советский Союз столкнулся с необходимостью пересмотра своих подходов в отношении соседней страны. Причиной вынужденной корректировки явилась смена там правящего режима и приход к власти после апреля 1978 года Народно-Демократической партии Афганистана (НДПА), которая провозгласила Афганистан демократической республикой и заявила о строительстве общества социалистической направленности.

В условиях господствующего тогда острого соперничества двух идеологических систем, советское руководство, несомненно, стало рассматривать «апрельские» события (т.н. «Саурскую» революцию) в Афганистане через призму глобального противоборства с Западом, в первую очередь США. С одной стороны, руководство СССР сочло приход к власти в этой стране «прокоммунистической» партии удобным для себя поводом вовлечь ее в сферу советского геополитического влияния, изменив тем самым баланс сил на Среднем Востоке в свою пользу в противовес Соединенным Штатам и их ближайшим союзникам в регионе – Пакистану и Ирану (до прихода к власти в стране в феврале 1979 года религиозного духовенства).

С другой стороны, как представляется, руководство СССР объективно полагало, что если Советский Союз проигнорирует произошедшие в Кабуле изменения, высока вероятность того, что новые власти Афганистана попытаются найти других союзников, в том числе для выделения ресурсов на цели реформирования афганского общества. В условиях холодной войны и биполярного мира это мог быть только блок западных стран во главе с США через посредничество тех же Пакистана и Ирана, а также крупных нефтедобывающих исламских стран прозападной ориентации. Такой вариант развития событий не мог устраивать Советский Союз, поскольку Афганистан попадал бы в сферу влияния Запада и однозначно терял для СССР роль буфера безопасности к югу от советских границ.

Учитывая все это, Советский Союз пошел на признание нового афганского режима и в последствии  начал оказывать ему всестороннюю масштабную помощь, в том числе и военную, введя ограниченный контингент своих войск в Афганистан. Однако, как показало дальнейшее развитие событий, попытки СССР включить это азиатское государство в сферу своего непосредственного влияния, способствовали только дальнейшему расколу афганского общества и дестабилизации обстановки в стране на долгие годы. В итоге, Советский Союз сам оказался заложником собственных просчетов и ошибок, допущенных в афганской кампании.

 

Урок первый: неадекватная оценка ситуации
и излишняя идеологизация подходов

Реализуя намеченные цели в отношении Афганистана, руководство СССР в полной мере не оценило ни всю глубину произошедших там изменений, ни своевременность провозглашенных в стране преобразований и готовность к ним самого афганского общества, а соответственно, степень и характер необходимого участия в внутриафганских процессах Советского Союза.

Во-первых, кабульские власти, вдохновляемые поддержкой СССР, взяли курс ускоренного строительства социализма в стране, где еще сохранились глубокие пережитки родоплеменных отношений, а во всех сферах жизнедеятельности господствовали религиозные убеждения. В стране с глубоко верующим населением стали практически игнорироваться значимость воздействия Ислама на все стороны жизни афганского общества. И это при том, что в Афганистане на начало 80-х годов насчитывалось порядка 200 тысяч религиозных деятелей (настоятели крупных мечетей, преподаватели богословских факультетов учебных заведений, учителя в медресе, служители шариатских судов, кишлачные муллы и другие).

Во-вторых, в условиях непростых межэтнических взаимоотношений, обусловленных историей становления и развития афганской государственности, СССР в своих подходах к внутриафганским процессам больше полагался на национальную политику правящей Народно-демократической партии Афганистана, хотя значительная часть ее руководства, в первую очередь представители фракции «Хальк», стояли на пуштунских националистических позициях. Ими проводилась явная политика «пуштунизации» в различных сферах деятельности, что вызывало протест и рост недовольства со стороны представителей других этносов Афганистана. В итоге, в дальнейшем национально-этнический фактор сыграл значительную роль в еще большем размежевании внутри афганского общества.

В-третьих, правящая в Афганистане партия и правительство, находившиеся под контролем многочисленного аппарата советников из СССР, во главу угла своей деятельности поставили командно-административные методы работы, которые мало соответствовали местным особенностям и традициям. В частности, кабульские власти старались использовать практику прямого административного правления через партийные органы на местах, скопированную с советского опыта, что приводило к серьезным перегибам во взаимоотношениях с местным населением. Кроме того, у многих афганских партийных и государственных деятелей преобладали волюнтаристские взгляды, существовало убеждение, что только путем запугивания, арестов и репрессий можно обеспечить проведение в стране социальных и экономических реформ. Особенно это было характерно в период руководства страной Н.М.Тараки, Х.Амином и Б.Кармалем. Со временем (период правления М.Наджибуллы) от подобной практики стали отказываться, но доверие к кабульскому правительству в провинциях и уездах страны во многом уже было безвозвратно потеряно.

В условиях, когда сами советские представители в Афганистане находились «в плену» идеологических установок, с большим трудом удавалось вырабатывать у афганского руководства стремление грамотно, эффективно, а главное самостоятельно с учетом местных реалий проводить преобразования в стране. Все это способствовало росту иждивенческих настроений в партийно-государственном аппарате и даже фактическому его самоустранению от решения проблем социально-экономического развития Афганистана, в целом сохранению напряженности в афганском обществе.

В-четвертых, в большей степени в силу субъективного подхода в работе с руководством Народно-Демократической партии Афганистана, сопровождавшейся идеологической риторикой, советская сторона, так и не смогла до конца разобраться в нюансах обстановки в самой правящей партии и существующих в ней противоречиях. Несмотря на меры, предпринимаемые руководством СССР и советническим аппаратом,  внутри НДПА не прекращалась межфракционная борьба между халькистами и парчамистами, с подозрением и недоброжелательностью относившихся друг к другу с самого начала объединения в одну партию.

Таким образом, Советский Союз изначально неадекватно оценил тенденции развития ситуации в Афганистане, в результате чего сделал необоснованную идеологическую ставку на режим, который в принципе не был готов к каким-либо кардинальным преобразованиям в стране, а сама правящая Народно-Демократическая партия Афганистана – к роли лидера, поскольку была слабой в идейном и организационном плане. Афганские коммунисты, опираясь на поддержку СССР, практически сразу монополизировали власть в стране, сознательно оттолкнув от себя другие общественно-политические силы, в том числе религиозное духовенство. Тем самым была значительно снижена степень воздействия кабульских властей на различные слои населения Афганистана, что, в свою очередь, обуславливало рост протестных настроений, активизацию деятельности оппозиции и дестабилизацию ситуации в стране в целом.

 

Урок второй: нецелесообразность ввода войск
и силового решения проблем

К концу 1979 года, когда возникли реальные предпосылки падения правительства НДПА и прихода к власти антисоветски настроенных сил, с вытекающими, по мнению советского руководства, негативными последствиями для безопасности СССР, было принято решение о вводе войск в Афганистан. При этом расчеты на то, что присутствие советского воинского контингента будет способствовать укреплению правящего режима, а обстановка в стране постепенно нормализуется, в значительной степени не оправдались.

Во-первых, направив войска в Афганистан, высшее руководство СССР фактически проигнорировало мнение как военных, так и гражданских специалистов о негативных последствиях военного вторжения. Не было учтено, в первую очередь то обстоятельство, что в результате борьбы с различными завоевателями, особенно с английскими, в сознании афганцев прочно утвердилось представление о любых иноземных войсках как об оккупантах, с которыми остается только воевать. Поэтому появление в стране иностранного воинского контингента стало лишь очередным козырем в руках противников нового режима. Афганская оппозиция провозгласила против советских войск и поддерживаемого ими правящего режима НДПА священную войну – «джихад». Это нашло понимание среди значительной части афганского населения.

Во-вторых, как отмечали впоследствии в самом советском генеральном штабе, руководство СССР, введя войска в Афганистан, не имело четкой военно-стратегической цели предпринятой акции. Первоначально привлечение Ограниченного контингента советских войск (ОКСВ) для участия в боевых действиях на территории Афганистана руководством СССР не предусматривалось. Имелось в виду, что они будут располагаться гарнизонами и возьмут под охрану важные административные центры и объекты. Но при этом не была поставлена конкретная задача: что делать, какие боевые задачи выполнять, кто и где противник. Ни при вводе войск, ни в период их пребывания в Афганистане с 1979 по 1989 год высшим военным командованием ВС СССР так и не был предложен какой-либо стратегический план, определявший последовательность и способы действия ОКСВ по разгрому противостоящего противника, поскольку оппонентами правящего кабульского режима выступала значительная часть местного населения. В лучшем случае разрабатывались планы на определенный период по проведению отдельных операций в конкретных районах.

Кроме того, для надежного прикрытия границы с Пакистаном и Ираном с целью недопущения проникновения на афганскую территорию антиправительственных отрядов, а также переброски в Афганистан оружия и других военных грузов, требовались более крупные силы, нежели имеющиеся в составе советской 40-й общевойсковой армии (максимальная численность ее личного состава в 1985 году достигала 108,5 тысяч человек). Постоянная подпитка людскими ресурсами и вооружением из-за рубежа позволяло оппозиции быстро восстанавливать боеспособность своих формирований и держать под контролем значительную часть территории Афганистана. Это, в свою очередь, вело к затягиванию боевых действий и затрудняло процесс мирного диалога между противоборствующими сторонами.

В-третьих, масштабное применение советскими войсками военной силы (авиации, артиллерии, ракетных комплексов) против афганской вооруженной оппозиции, использующей в основном партизанские методы ведения боевых действий, не давало как правило желаемых результатов, а наоборот зачастую приводило к неоправданным жертвам среди местного населения. Гибель мирных жителей вызывала резкий протест и рост антисоветских – антиоккупационных настроений, желание отомстить, как этого требовали местные законы кровной мести, что, в свою очередь, только расширяло социальную базу антиправительственных сил. При этом сам кабульский режим рассматривался не иначе как антинародный и марионеточный, «сидящий на иностранных штыках».

Таким образом, ввод советских войск в Афганистан и ставка на силовое решение афганской проблемы не только не способствовали нормализации обстановки в стране, а наоборот привели к дальнейшей эскалации кризиса и втягиванию Советского Союза в затяжной вооруженный конфликт на чужой территории, с вытекающими негативными последствиями для самого СССР.

 

Урок третий: недооценка важной роли внешнего фактора
в контексте развития внутренней ситуации и реакции мирового сообщества

Развитие ситуации в Афганистане после «апрельских» событий значительно активизировало воздействие внешнего фактора на происходящие там процессы. Приход к власти в Кабуле левых сил, поддержанных СССР, было расценено многими странами как явно «просоветский» переворот, что сразу же вызвало всплеск как антиафганских, так и антисоветских настроений. Но самое главное, Советский Союз недооценил последствия международной реакции на ввод советских войск на территорию другого государства и не смог добиться понимания своих действий со стороны соседей Афганистана. Военное вмешательство СССР только интернационализировало конфликт в Афганистане, что привело к еще большей напряженности в мире и нанесло серьезный ущерб интересам Советского Союза.

Во-первых, в результате афганской кампании начал падать международный престиж СССР. Значительно ослабло советское влияние на движение неприсоединения, особенно на мусульманские государства. Действия Советского Союза подвергались критике, пусть и не открытой, даже со стороны руководства социалистических стран. СССР фактически в одиночку приходилось действовать на афганском направлении, осуществляя поддержку кабульского режима.

Во-вторых, проникновение Советского Союза в Афганистан вызвало очередной виток напряженности между СССР и США. Соединенные Штаты заметно активизировались на Среднем Востоке. Помимо стремления защитить свои интересы в стратегически важном для себя регионе, обеспечивающем нефтяные поставки в США, Вашингтон расценил события в Афганистане как удобный для себя повод «взять реванш за Вьетнам». С этой целью американская администрация начала реализацию стратегии «инициирования конфликтов низкой интенсивности», суть которой сводилась в превращении Афганистана в «хронический» фактор беспокойства СССР на его южных границах. Для этого именно в данном регионе мира Соединенными Штатами впервые в американо-советском противоборстве была практически использована концепция «исламского фактора», в основу которой легли идеи советника президента США по национальной безопасности З.Бжезинского.

В-третьих, после ввода в Афганистан советских войск, США, ряд западноевропейских государств, многие арабские страны, а также Китай открыто заявили о своей поддержке и помощи афганской оппозиции. На территории Пакистана и Ирана были развернуты многочисленные специальные лагеря подготовки, в которых в качестве инструкторов по ведению партизанской борьбы выступали иностранные специалисты. Финансовая и материальная помощь антиправительственным силам в значительных объемах стала поступать из США и ряда государств Персидского залива через штаб-квартиры афганских военно-политических группировок, расположенных в Пакистане и Иране, которые фактически превратились «тыловые» районы афганской вооруженной оппозиции. В результате ОКСВ в Афганистане противостояли достаточно мощные силы, подпитываемые из-за рубежа.

Даже после того, как в 1988 году были достигнуты мирные «женевские» соглашения и Советский Союз приступил к выводу своих войск, поддержка афганской оппозиции со стороны внешних спонсоров не прекратилась. В результате, вооруженное противоборство в Афганистане вместо урегулирования, по существу вступило в новую фазу своего развития, характеризующуюся стремлением Соединенных Штатов и их союзников уже после вывода советских войск из Афганистана разыгрывать «афганскую» карту в интересах укрепления своих позиций в регионе.

Таким образом, недооценка руководством СССР степени воздействия внешнего фактора на развитие ситуации как в самом Афганистане, так и в мире в целом, негативным образом сказалось на позициях Советского Союза на международной арене, а также наряду с другими просчетами и ошибками, стало причиной фактического провала «афганской» кампании. СССР оказался почти на 9 лет втянут в изнурительные внутриафганские разборки.

При этом, непосредственная вовлеченность Москвы в афганские события в условиях международной изоляции бумерангом отозвалась на социально-экономической ситуации в самом Советском Союзе, что в последующем сказалось на усилении кризисных явлений, которые в конечном итоге привели к распаду СССР. Сам же Афганистан на долгие годы погрузился в пучину гражданской войны, превратившись в одно из самых нестабильных государств на планете.

 

***

На современном этапе Афганистан по-прежнему не стабилен. Он оказался в плоскости пересечения интересов новых внешних сил, в первую очередь США и стран - членов НАТО, основные цели которых заключаются в создании собственного геополитического и геоэкономического плацдарма в центре Евразийского континента, закреплении своих позиций в важных с точки зрения энергоресурсов соседних регионах. С позиций  же сегодняшнего дня видно, что ситуация в Афганистане во многом напоминает ход событий периода 70-80-х годов ХХ века.

Во-первых, со всей очевидностью можно утверждать, что как и ввод Советским Союзом своих войск в Афганистан, нынешнее активное военное вмешательство США и их союзников во внутриафганские дела не приносит ожидаемых результатов. Наоборот, реальные «достижения»  от антитеррористической операции «Несокрушимая свобода» под эгидой Соединенных Штатов и международного воинского контингента в Афганистане – сохраняющаяся напряженность ситуации в стране и рост антиоккупационных настроений в афганском обществе.

Негативному отношению к международному воинскому контингенту во многом способствует необоснованное применение им в ходе проведения операций военной силы, что приводит к гибели гражданского населения. Делая основную ставку на воздушные удары, командование американских войск и сил НАТО пытается свести к минимуму военные потери на земле. Но такая тактика приводит к значительным потерям среди мирных афганских граждан, что, естественно, еще больше провоцирует рост антизападных, а заодно и антиправительственных, протестных настроений. Для многих становится очевидным, что нахождение иностранных войск на афганской территории (даже если их деятельность подкреплена мандатом ООН, а их целью является поддержание стабильности в Афганистане) выступает главным раздражающим фактором для афганского населения и всех сил, находящихся в оппозиции к нынешним властям в Кабуле.

Однако, сегодняшние действия руководства большинства западных стран указывают на то, что в перспективе Запад пока не намерен отказываться от активной военной составляющей политики в отношении Афганистана. В частности Вашингтон не только требуют от своих союзников по НАТО новых подкреплений для иностранного воинского контингента в Афганистане, но и сам намерен уже в ближайшее время увеличить численность американской группировки на 30 тысяч человек.

Во-вторых, опять же, как и 30 лет назад, когда СССР пытался вовлечь Афганистан в сферу своего геополитического влияния и идеологической опеки, сейчас четко просматривается попытка привнесения в эту страну чуждой идеологии. Системной ошибкой США и их союзников по антитеррористической коалиции с самого начала их присутствия в Афганистане было и остается желание искусственного создания здесь демократического режима по западным стандартам. При этом, навязывание афганскому обществу со стороны нынешних спонсоров кабульских властей западной модели демократии и ценностей «свободного мира», которые чужды и не понятны для подавляющего большинства населения Афганистана, а зачастую даже идут в разрез религиозным и национальным устоям афганцев, только усугубляет ситуацию и создает более широкую социальную почву для различного рода радикалистских кругов.

В-третьих, нынешняя власть в Кабуле, созданная и патронируемая Западом без учета современных афганских реалий, демонстрирует практическую недееспособность, отсутствие четких целей, планов и реальных концепций развития страны. Как и в бытность советского присутствия в Афганистане, чрезмерное нахождение в различных государственных структурах иностранных советников (а сейчас в Афганистане в той или иной степени присутствуют представители более 70 стран, международных и неправительственных организаций) расхолаживает и дезориентирует афганских чиновников, которые стремятся уйти от ответственности в принятии конкретных решений социально-экономического характера. При этом, многомиллиардные средства, выделяемые зарубежными государствами в качестве экономической помощи,  используются крайне неэффективно уже на стадии выделения, в стране процветают тотальная коррупция, грабежи и воровство. Все это вызывает крайнее недовольство афганского населения и используется противниками правительства Х.Карзая, в первую очередь талибами, для дополнительного обоснования своей пропагандистской деятельности против иностранного присутствия в Афганистане.

 

В целом, восьмилетняя операция Запада, приближающаяся по своей продолжительности к нахождению на афганской территории советских войск, демонстрирует, что ни одна центральная власть в Афганистане не будет в глазах населения обладать легитимностью и пользоваться уважением в условиях иностранного военного присутствия в стране. Иными словами, такая власть всегда будет считаться «сидящей» на иностранных штыках. Сейчас разобщенность в афганском обществе по большому счету ничуть не меньше, чем 20-30 лет назад: здесь перемешались национально-этнические и религиозные противоречия, личные амбиции различных афганских политических и военных деятелей, а также региональных авторитетов, которые, к сожалению, слабо учитываются нынешними внешними участниками внутриафганских процессов.

В контексте вышеизложенного, очень уместно выражение – «единственный урок истории, что из нее никто не извлекает уроков».
И если США и международное сообщество заинтересовано в скорейшей стабилизации обстановки в Афганистане, необходимо все же (1) учитывать те особенности, которые присущи именно афганскому обществу, (2) не навязывать ему своих взглядов и моделей развития, (3) предоставить афганцам самим решать свою собственную судьбу и при необходимости выбирать себе союзников, (4) больше привлекать к работе над «афганской проблемой» соседние страны (не случайно на Востоке говорят, что сосед, порой бывает ближе, чем дальний родственник), (5) в целом извлекать уроки хотя бы из недавней истории …

 

Похожие материалы:

 

Для того чтобы комментировать Вам необходимо зарегистрироваться на сайте!

ВХОД \ РЕГИСТРАЦИЯ

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ

рублей Яндекс.Деньги

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

   

 
 
   Мы в Моем Мире
     
 

Сообщество
"Центральная
Евразия"
 

ПАРТНЕРЫ

RSS ПОДПИСКА

КОММЕНТАРИИ

ОБЛАКО ТЕГОВ